Искать приключения на свою… голову

Наверняка, я не типичный турист. Я никогда слепо не следовал рекомендациям туристических путеводителей и агентств. Я всегда видел путешествия не как некое мероприятие с обязательным комфортом, а как возможность увидеть мечту в чистом виде. Поэтому всегда был уверен, что  вовсе не обязательно идти в туристическое агентство за путевкой — потратив столько же или даже меньше, можно получить отдых в разы качественнее, насыщеннее и интереснее. А главное — самому выступить в роли режиссера своего отпуска, а не «смотреть направо и налево», когда командует гид.

Возможно, в этом сыграла моя профессия – журналистика.  Возможно, характер. Но такой  из меня получился путешественник. Самое мое большое сожаление состоит в том, что на Земле остается все меньше нехоженых троп. Если не всюду, то почти всюду уже летают самолеты и ездят поезда. Не считая немногочисленных племен где-нибудь в джунглях Папуа или Амазонки, все места сегодня уже стали хоть отчасти туристическими.

Но, опять таки, при желании всегда можно найти себе приключения. Потому что степень «туристичности» — она тоже разная. Одно дело — Египет, где целая индустрия работает на обслуживание туристов, и найти реальную жизнь не так-то и просто. Другое дело, скажем, Камбоджа, где есть с десяток туристических точек, а остальная часть страны удивляет даже очень опытного путешественника.

Словом, как мне кажется, хотя в мире не осталось стран, где нет туристов, но остались страны, которые цивилизация испортить еще не успела. Именно в такие места я езжу, и буду ездить. Именно  в таких путешествиях родилась идея телепередачи «Мир наизнанку», которую я веду на телеканале «Один плюс один» и в которой вы могли видеть мое лицо, а теперь узнаете его на этих снимках.

Укус змеи напоминает ожог

Небольшой шрам на моей рукенапоминает о ярких впечатлениях, полученных в не менее ярких путешествиях. Это след от укуса полуядовитой змеи. Что значит «полуядовитая», спросите вы.  Змея рабдофис относилась к категории неядовитых, пока во время войны во Вьетнаме от ее укуса не умерло трое американских солдат. Причина — аллергическая реакция. С тех пор змею перенесли в разряд «полуядовитых».

Откуда у меня этот «подарок»?

Это отдельная история. Укус змеи — один из элементов подготовки к туру на необитаемый остров. Существует такой вид отдыха среди состоятельных путешественников — заплатив за несколько дней несколько тысяч долларов, человек в сопровождении гида учится осваивать элементы выживания в джунглях на необитаемом острове. В частности, нужно пройти специальный тренинг, узнать о повадках ядовитых змей, выучить их приметы. Это очень важно, ведь после некоторых укусов можно прожить максимум часа два-три, что в условиях необитаемого острова и полного отсутствия связи означает — без шансов на спасение. Важно знать своего врага и постараться исключить вероятность укуса.

Кроме того, существует другая проблема — часто неприятностям способствует не само действие яда как такового, а шок. Человек видит змею, чувствует укус, его пугает кровь, у него стресс и шок — все это ну никак не способствует принятию взвешенных решений. А ведь в такие моменты важно не впадать в панику, а сконцентрировать усилия на том, чтобы максимально быстро оказаться в клинике.

Поэтому задача тренинга — самому спровоцировать укус змеи, но не смертельно ядовитой. Естественно, под контролем герпетолога, то есть, специалиста, изучающего пресмыкающихся и рептилий. Ты сам берешь змею в руки, отпускаешь ее голову и провоцируешь, пока укусит. В итоге чувствуешь боль, видишь рану и со временем понимаешь — это не обязательно приводит к смерти. Герпетологи уверены, что после такого эксперимента в случае укуса змеи в джунглях клиент уже не будет впадать в неконтролируемую панику, и спасти его окажется проще.

Так что мне пришлось пройти такой тренинг, поскольку я собирался побывать на необитаемом острове.

Страшно ли было ждать укуса? Если честно, то очень. И достаточно больно. Я никогда не предполагал, что у маленькой змеи на самом деле десятки зубов, и рана будет так кровить. Дело в том, что помимо ядовитых зубов есть рабочие, которыми жертва затягивается внутрь. При этом сам по себе яд змеи, которая меня укусила, не смертельного действия — он служит для того, чтобы обездвижить жертву. Меня и обездвижило. Но не сразу. Сразу был как удар— приличный ожог. Мы успели доснять сюжет, а уже минут через 40 после укуса меня под руки волокли к повозке моторикши, чтобы отвезти домой. Было очень плохо, причем практически всю ночь. И я даже не знаю, виной тому укус змеи или испытание на себе китайского медицинского ритуала, который мы снимали перед укусом змеи. Тогда я выпил яд трех самых опасных змей Юго-Восточной Азии: плюющейся кобры, щитомордника и крайта. Их при мне «доили». Затем смешали яд с водкой. По словам герпетолога, в стакане было 100 смертельных для человека доз. Дело в том, что попадая в желудочный сок, яд расщепляется и теряет свои свойства. Его действие смертоносно только в случае попадания непосредственно в кровь.

Так что, можно сказать, что я прошел испытание ядом, приняв его и «внутрь», и как «внешне».

Как я питаюсь такой гадостью…

Почти всегда, когда я рассказывал о знакомым о том, чем питаюсь в своих путешествиях, слышал в ответ: как можно есть (пить) такую гадость»?

Можно. Ведь то, что для нас гадость, то для Азии — традиция. И если хочешь максимально ассимилироваться в чужой среде, почувствовать себя ее жителем,  кулинария — неотъемлемый элемент «погружения» в другую культуру.

Поэтому уверенно могу сказать, что я хорошо знаком с филиппинским ритуалом поедания вареных утиных зародышей в яйце, и с потреблением кхмерского деликатеса — жареных ядовитых тарантулов, и с обрядом поедания живого сердца кобры. Пробовал и самые экзотические ми азиатские фрукты, скажем, знаменитый дуриан. А еще знаю, как кхмерки готовят пельмени в городе Пномпень.

Словом, пришлось в путешествиях попробовать разного. Не скажу, что все было вкусно, но утолить любопытство, как известно, тоже не последнее дело.

Кстати, в таких поездках интересна не только кухня, а и быт в целом. Ведь если речь идет о крупном городе, либо о туристическом центре никаких проблем нет: это отели, кафе, магазины. Но стоит отойти от протоптанной тропы чуть в сторону, то «отель» — это, как правило, ночлежка с тараканами, ящерицами, паутиной и, если повезет, вентилятором. Что касается меня — я давно путешествую, к такому привык, и, честно говоря, уже не акцентирую на этом внимание. Мне важнее другое — сюжеты, интересные люди, яркие съемки. А поспать можно и в гамаке, что мы время от времени и делаем. В одном из племен гамак повесил в школе, свободной во время каникул. На необитаемом острове спать в гамаке — это вообще рай. Приходилось и дома у кхмеров. Как правило — на полу, в спальном мешке. При этом в целом то испать много не приходится. Ведь в странах, куда еще не вошла цивилизация, люди живут по солнцу. Взошло — начинают работать, зашло — ложатся спать. К тому же днем, как правило, невыносимо жарко, и как объектов для съемки, так и сил на нее становится меньше.

Духи денег не берут

Могу заметить, что мои путешествия не всегда и не для каждого будут уникальными. При наличии времени, денег и воли любой желающий сможет повторить мои маршруты. Я же не робот и не супергерой. Я и мои друзья —  обычные люди, но путешествуем не по исхоженным тропам, а прокладываем новые.

При этом нам нужно спешить — прогресс наступает и уничтожает самобытность. Чуть меньше года назад я ездил в Камбоджу на пару недель на разведку. К племени пнонгов в горах я ехал по ужасной дороге из красной глины, в которой ноги утопали по колено. На внедорожном байке я прошел 200 километров где-то часов за шесть. Когда в этом году я вернулся в эти места снимать программу, решил снова попасть в это же племя по памяти и нарисованным от руки в прошлом году картам. Взял мотоцикл помощнее, купил защиту, приготовился к кошмарной дороге… А джунгли уже заасфальтировали. Двести километров жуткого бездорожья спустя 10 месяцев превратились в идеальный горный серпантин. Кстати, дорогу построили китайцы — темпы и качество их работы ошеломляют, нам даже в преддверии Евро-2012 такие дороги не снились.

 Так что после визита к пнонгам мы поехали на самый север страны, в провинцию Ратанакири. Пока туда нет нормальных дорог, и, соответственно, еще сохранилась самобытность. Но китайцы уже строят дорогу и туда, я это видел. И теперь не сомневаюсь — в следующем году труднодоступные сегодня части страны могут превратиться в туристические, туда поедут автобусы. А мы успели увидеть их в почти первобытном состоянии.

В общем, когда меня как путешественника и как ведущего передачи «Мир наизнанку» спрашивают, всегда ли я ищу «изнанку» страны, отвечаю – всегда. Потому что это самое интересное.

Взять ту же Камбоджу — посмотреть храмовый комплекс Ангкор приезжают пару миллионов туристов в год. Но в этой же стране «Мир Наизнанку» снял дикие племена в джунглях, добраться в которые можно только на хорошем внедорожнике или кроссовом мотоцикле. В одном из таких племен нам запретили съемку, мотивируя тем, что большая камера может напугать людей и духов. Племена севера Камбоджи — анимисты, они в духов верят. Я практически не сомневался, что вопрос можно решить деньгами, но ошибся. Снимать большой камерой нельзя — и точка, духи денег не берут. В итоге нам разрешили снимать маленькой, любительской камерой — она людей не пугает, и духов, видимо, тоже. Таким образом мы получили потрясающий сюжет.

P.S. Смотрите авторскую телепередачу «Мир Наизнанку» с Дмитрием Комаровым каждую субботу в 10:00 на телеканале «1+1.